Книга Иова

И продолжал Елиуй и сказал:

Приложи́въ же є҆щѐ є҆лїꙋ́съ, речѐ:

подожди меня немного, и я покажу тебе, что я имею еще что сказать за Бога.

пожди́ ми ма́лѡ є҆щѐ, да тѧ̀ наꙋчꙋ̀: є҆ще́ бо ᲂу҆ менє̀ є҆́сть сло́во.

Начну мои рассуждения издалека и воздам Создателю моему справедливость,

Прїи́мъ хи́трость мою̀ ѿдале́ча, дѣ́лы же мои́ми пра́вєднаѧ рекꙋ̀ вои́стиннꙋ:

потому что слова мои точно не ложь: пред тобою - совершенный в познаниях.

и҆ не непра́вєдны глаго́лы без̾ пра́вды ᲂу҆разꙋмѣ́еши.

Вот, Бог могуществен и не презирает сильного крепостью сердца;

Ви́ждь же, ꙗ҆́кѡ гдⷭ҇ь не ѿри́нетъ неѕло́бивагѡ:

Он не поддерживает нечестивых и воздает должное угнетенным;

си́ленъ крѣ́постїю сердца̀ нечести́выхъ не ѡ҆живи́тъ и҆ сꙋ́дъ ни́щымъ да́стъ,

Он не отвращает очей Своих от праведников, но с царями навсегда посаждает их на престоле, и они возвышаются.

не ѿи́метъ ѿ правди́вагѡ ѻ҆че́съ свои́хъ, и҆ со цари̑ на престо́лѣ посади́тъ и҆̀хъ на побѣ́дꙋ, и҆ вознесꙋ́тсѧ.

Если же они окованы цепями и содержатся в узах бедствия,

Свѧ́заннїи въ рꙋчны́хъ ᲂу҆́захъ ꙗ҆́ти бꙋ́дꙋтъ ᲂу҆́жами нищеты̀,

то Он указывает им на дела их и на беззакония их, потому что умножились,

и҆ возвѣсти́тъ и҆̀мъ дѣла̀ и҆́хъ и҆ прегрѣше́нїе и҆́хъ, ꙗ҆́кѡ ᲂу҆крѣпѧ́тсѧ:

и открывает их ухо для вразумления и говорит им, чтоб они отстали от нечестия.

но правди́ваго ᲂу҆слы́шитъ, и҆ речѐ, ꙗ҆́кѡ ѡ҆братѧ́тсѧ ѿ непра́вды.

Если послушают и будут служить Ему, то проведут дни свои в благополучии и лета свои в радости;

А҆́ще ᲂу҆слы́шатъ и҆ порабо́таютъ, сконча́ютъ дни̑ своѧ̑ во благи́хъ и҆ лѣ̑та своѧ̑ въ благолѣ́потѣ:

если же не послушают, то погибнут от стрелы и умрут в неразумии.

нечести́выхъ же не спасе́тъ, занѐ не хотѣ́ша позна́ти гдⷭ҇а и҆ зане́же ᲂу҆чи́ми не послꙋшли́ви бѣ́ша.

Но лицемеры питают в сердце гнев и не взывают к Нему, когда Он заключает их в узы;

И҆ лицемѣ́ри се́рдцемъ возмꙋтѧ́тъ ꙗ҆́рость: не возопїю́тъ, ꙗ҆́кѡ свѧза̀ и҆̀хъ:

поэтому душа их умирает в молодости и жизнь их с блудниками.

да ᲂу҆́мретъ ᲂу҆̀бо въ ю҆́ности дꙋша̀ и҆́хъ, житїе́ же и҆́хъ ᲂу҆ѧзвлѧ́емо а҆́гг҃лы,

Он спасает бедного от беды его и в угнетении открывает ухо его.

зане́же ѡ҆скорби́ша недꙋ́жна и҆ не́мощна, сꙋ́дъ же кро́ткихъ и҆зложи́тъ.

И тебя вывел бы Он из тесноты на простор, где нет стеснения, и поставляемое на стол твой было бы наполнено туком;

Є҆ще́ же и҆сто́ргнꙋ тѧ̀ ѿ ᲂу҆́стъ вра́жїихъ: бе́здна, проли́тїе под̾ не́ю, и҆ сни́де трапе́за твоѧ̀ и҆спо́лнена тꙋ́ка.

но ты преисполнен суждениями нечестивых: суждение и осуждение - близки.

Не ѡ҆скꙋдѣ́етъ же ѿ пра́ведныхъ сꙋ́дъ:

Да не поразит тебя гнев Божий наказанием! Большой выкуп не спасет тебя.

ꙗ҆́рость же на нечести̑выѧ бꙋ́детъ, нече́стїѧ ра́ди дарѡ́въ и҆́хъ, и҆̀хже прїима́хꙋ на непра́вдѣ.

Даст ли Он какую цену твоему богатству? Нет,- ни золоту и никакому сокровищу.

Да не ᲂу҆клони́тъ тѧ̀ во́лею ᲂу҆́мъ ѿ мольбы̀ въ бѣдѣ̀ сꙋ́щихъ немощны́хъ и҆ всѣ́хъ содержа́щихъ крѣ́пость.

Не желай той ночи, когда народы истребляются на своем месте.

Не привлецы̀ но́щи, є҆́же взы́ти лю́демъ вмѣ́стѡ и҆́хъ:

Берегись, не склоняйся к нечестию, которое ты предпочел страданию.

но сохрани́сѧ, да не содѣ́еши ѕла̀: си́хъ бо ра́ди и҆з̾ѧ́тъ є҆сѝ ѿ нищеты̀.

Бог высок могуществом Своим, и кто такой, как Он, наставник?

Сѐ, крѣ́пкїй ᲂу҆держи́тъ крѣ́постїю свое́ю: кто́ бо є҆́сть, ꙗ҆́коже то́й, си́ленъ;

Кто укажет Ему путь Его; кто может сказать: Ты поступаешь несправедливо?

и҆ кто̀ є҆́сть и҆спытꙋ́ѧй дѣ́лъ є҆гѡ̀; и҆лѝ кто̀ рекі́й: содѣ́ѧ непра́вдꙋ;

Помни о том, чтобы превозносить дела его, которые люди видят.

Помѧнѝ, ꙗ҆́кѡ вє́лїѧ дѣла̀ є҆гѡ̀ сꙋ́ть, и҆́миже владѣ́ша мꙋ́жїе.

Все люди могут видеть их; человек может усматривать их издали.

Всѧ́къ человѣ́къ ви́дитъ въ себѣ̀, є҆ли́цы ᲂу҆ѧзвлѧ́еми сꙋ́ть человѣ́цы.

Вот, Бог велик, и мы не можем познать Его; число лет Его неисследимо.

Сѐ, крѣ́пкїй вели́кїй, и҆ не ᲂу҆вѣ́мы: число̀ лѣ́тъ є҆гѡ̀ безконе́чное:

Он собирает капли воды; они во множестве изливаются дождем:

и҆зочтє́нны же є҆мꙋ̀ сꙋ́ть ка̑пли дождє́вныѧ, и҆ и҆злїю́тсѧ дожде́мъ во ѡ҆́блакъ:

из облаков каплют и изливаются обильно на людей.

потекꙋ́тъ ѡ҆бетша̑нїѧ, ѡ҆сѣни́ша же ѡ҆́блацы над̾ премно́гими людьмѝ: вре́мѧ поста́ви скотꙋ̀, вѣ́дѧтъ же ло́жа чи́нъ. Ѡ҆ всѣ́хъ си́хъ не диви́тлитисѧ ᲂу҆́мъ, и҆ не и҆змѣнѧ́етлисѧ тѝ се́рдце ѿ тѣ́ла;

Кто может также постигнуть протяжение облаков, треск шатра Его?

И҆ а҆́ще ᲂу҆разꙋмѣ́етъ просте́ртїе ѡ҆́блака, ра́венство ски́нїи є҆гѡ̀:

Вот, Он распространяет над ним свет Свой и покрывает дно моря.

сѐ, простира́етъ на ню̀ свѣ́тъ и҆ корє́нїѧ морска̑ѧ покры̀:

Оттуда Он судит народы, дает пищу в изобилии.

тѣ́ми бо сꙋ́дитъ лю́демъ, да́стъ пи́щꙋ могꙋ́щемꙋ.

Он сокрывает в дланях Своих молнию и повелевает ей, кого разить.

На рꙋкꙋ̀ покры̀ свѣ́тъ и҆ заповѣ́да ѡ҆ не́мъ срѣта́ющемꙋ:

Треск ее дает знать о ней; скот также чувствует происходящее.

возвѣсти́тъ ѡ҆ не́мъ дрꙋ́гꙋ своемꙋ̀ гдⷭ҇ь, стѧжа́нїе, и҆ ѡ҆ непра́вдѣ.