Евангелие от Луки

В один из тех дней, когда Он учил народ в храме и благовествовал, приступили первосвященники и книжники со старейшинами,

[Заⷱ҇ 99] И҆ бы́сть во є҆ди́нъ ѿ дні́й ѻ҆́нѣхъ, ᲂу҆ча́щꙋ є҆мꙋ̀ лю́ди въ це́ркви и҆ бл҃говѣствꙋ́ющꙋ, прїидо́ша свѧще́нницы и҆ кни́жницы со ста̑рцы

и сказали Ему: скажи нам, какою властью Ты это делаешь, или кто дал Тебе власть сию?

и҆ рѣ́ша къ немꙋ̀, глаго́люще: рцы̀ на́мъ, ко́ею ѡ҆́бластїю сїѧ̑ твори́ши, и҆лѝ кто̀ є҆́сть да́вый тебѣ̀ вла́сть сїю̀;

Он сказал им в ответ: спрошу и Я вас об одном, и скажите Мне:

Ѿвѣща́въ же речѐ къ ни̑мъ: вопрошꙋ́ вы и҆ а҆́зъ є҆ди́нагѡ словесѐ, и҆ рцы́те мѝ:

крещение Иоанново с небес было, или от человеков?

креще́нїе і҆ѡа́нново съ нб҃се́ ли бѣ̀, и҆лѝ ѿ человѣ̑къ;

Они же, рассуждая между собою, говорили: если скажем: с небес, то скажет: почему же вы не поверили ему?

Ѻ҆ни́ же помышлѧ́хꙋ въ себѣ̀, глаго́люще, ꙗ҆́кѡ а҆́ще рече́мъ: съ нб҃сѐ, рече́тъ: почто̀ ᲂу҆̀бо не вѣ́ровасте є҆мꙋ̀;

а если скажем: от человеков, то весь народ побьет нас камнями, ибо он уверен, что Иоанн есть пророк.

а҆́ще ли же рече́мъ: ѿ человѣ̑къ, всѝ лю́дїе ка́менїемъ побїю́тъ ны̀: и҆звѣ́стно бо бѣ̀ ѡ҆ і҆ѡа́ннѣ, ꙗ҆́кѡ прⷪ҇ро́къ бѣ̀.

И отвечали: не знаем откуда.

И҆ ѿвѣща́ша: не вѣ́мы ѿкꙋ́дꙋ.

Иисус сказал им: и Я не скажу вам, какою властью это делаю.

І҆и҃съ же речѐ и҆̀мъ: ни а҆́зъ гл҃ю ва́мъ, ко́ею ѡ҆́бластїю сїѧ̑ творю̀.

И начал Он говорить к народу притчу сию: один человек насадил виноградник и отдал его виноградарям, и отлучился на долгое время;

[Заⷱ҇ 100] Нача́тъ же къ лю́демъ гл҃ати при́тчꙋ сїю̀: человѣ́къ нѣ́кїй насадѝ вїногра́дъ, и҆ вдадѐ є҆го̀ дѣ́лателємъ, и҆ ѿи́де на лѣ̑та мнѡ́га:

и в свое время послал к виноградарям раба, чтобы они дали ему плодов из виноградника; но виноградари, прибив его, отослали ни с чем.

и҆ во вре́мѧ посла̀ къ дѣ́лателємъ раба̀, да ѿ плода̀ вїногра́да дадꙋ́тъ є҆мꙋ̀: дѣ́латєли же би́вше є҆го̀, посла́ша тща̀.

Еще послал другого раба; но они и этого, прибив и обругав, отослали ни с чем.

И҆ приложѝ посла́ти дрꙋга́го раба̀: ѻ҆ни́ же и҆ того̀ би́вше и҆ досади́вше (є҆мꙋ̀), посла́ша тща̀.

И еще послал третьего; но они и того, изранив, выгнали.

И҆ приложѝ посла́ти тре́тїѧго: ѻ҆ни́ же и҆ того̀ ᲂу҆ѧ́звльше и҆згна́ша.

Тогда сказал господин виноградника: что мне делать? Пошлю сына моего возлюбленного; может быть, увидев его, постыдятся.

Рече́ же господи́нъ вїногра́да: что̀ сотворю̀; послю̀ сы́на моего̀ возлю́бленнаго, є҆да̀ ка́кѡ, є҆го̀ ви́дѣвше, ᲂу҆срамѧ́тсѧ.

Но виноградари, увидев его, рассуждали между собою, говоря: это наследник; пойдем, убьем его, и наследство его будет наше.

Ви́дѣвше же є҆го̀ дѣ́лателє, мы́шлѧхꙋ въ себѣ̀, глаго́люще: се́й є҆́сть наслѣ́дникъ: прїиди́те, ᲂу҆бїе́мъ є҆го̀, да на́ше бꙋ́детъ достоѧ́нїе.

И, выведя его вон из виноградника, убили. Что же сделает с ними господин виноградника?

И҆ и҆зве́дше є҆го̀ во́нъ и҆з̾ вїногра́да, ᲂу҆би́ша. Что̀ ᲂу҆̀бо сотвори́тъ и҆̀мъ господи́нъ вїногра́да;

Придет и погубит виноградарей тех, и отдаст виноградник другим. Слышавшие же это сказали: да не будет!

Прїи́детъ и҆ погꙋби́тъ дѣ́латєли сїѧ̑ и҆ вда́стъ вїногра́дъ и҆нѣ̑мъ. Слы́шавше же реко́ша: да не бꙋ́детъ.

Но Он, взглянув на них, сказал: что значит сие написанное: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла?

Ѻ҆́нъ же воззрѣ́въ на ни́хъ, речѐ: что̀ ᲂу҆̀бо пи́саное сїѐ: ка́мень, є҆гѡ́же небрего́ша зи́ждꙋщїи, се́й бы́сть во главꙋ̀ ᲂу҆́гла;

Всякий, кто упадет на тот камень, разобьется, а на кого он упадет, того раздавит.

всѧ́къ пады́й на ка́мени то́мъ, сокрꙋши́тсѧ: а҆ на не́мже паде́тъ, стры́етъ є҆го̀.

И искали в это время первосвященники и книжники, чтобы наложить на Него руки, но побоялись народа, ибо поняли, что о них сказал Он эту притчу.

[Заⷱ҇ 101] И҆ взыска́ша а҆рхїере́є и҆ кни́жницы возложи́ти на́нь рꙋ́цѣ въ то́й ча́съ и҆ ᲂу҆боѧ́шасѧ наро́да: разꙋмѣ́ша бо, ꙗ҆́кѡ къ ни̑мъ при́тчꙋ сїю̀ речѐ.

И, наблюдая за Ним, подослали лукавых людей, которые, притворившись благочестивыми, уловили бы Его в каком-либо слове, чтобы предать Его начальству и власти правителя.

И҆ наблю́дше посла́ша ла́ѧтєли {навѣ́тникѡвъ}, притворѧ́ющихъ себѐ пра́ведники бы́ти: да и҆́мꙋтъ є҆го̀ въ словесѝ, во є҆́же преда́ти є҆го̀ нача́льствꙋ и҆ ѡ҆́бласти и҆ге́мѡновѣ.

И они спросили Его: Учитель! мы знаем, что Ты правдиво говоришь и учишь и не смотришь на лице, но истинно пути Божию учишь;

И҆ вопроси́ша є҆го̀, глаго́люще: ᲂу҆чт҃лю, вѣ́мы, ꙗ҆́кѡ пра́вѡ гл҃еши и҆ ᲂу҆чи́ши, и҆ не на лица̑ зри́ши, но вои́стиннꙋ пꙋтѝ бж҃їю ᲂу҆чи́ши:

позволительно ли нам давать подать кесарю, или нет?

досто́итъ ли на́мъ ке́сареви да́нь даѧ́ти, и҆лѝ нѝ;

Он же, уразумев лукавство их, сказал им: что вы Меня искушаете?

Разꙋмѣ́въ же и҆́хъ лꙋка́вство, речѐ къ ни̑мъ: что́ мѧ и҆скꙋша́ете;

Покажите Мне динарий: чье на нем изображение и надпись? Они отвечали: кесаревы.

покажи́те мѝ ца́тꙋ {дина́рїй}: чі́й и҆́мать ѡ҆́бразъ и҆ надписа́нїе; Ѿвѣща́вше же реко́ша: ке́саревъ.

Он сказал им: итак, отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу.

Ѻ҆́нъ же речѐ и҆̀мъ: воздади́те ᲂу҆̀бо, ꙗ҆̀же ке́сарєва, ке́сареви, и҆ ꙗ҆̀же бж҃їѧ, бг҃ови.

И не могли уловить Его в слове перед народом, и, удивившись ответу Его, замолчали.

И҆ не мого́ша зазрѣ́ти гл҃го́ла є҆гѡ̀ пред̾ людьмѝ: и҆ диви́шасѧ ѡ҆ ѿвѣ́тѣ є҆гѡ̀ и҆ ᲂу҆молча́ша.

Тогда пришли некоторые из саддукеев, отвергающих воскресение, и спросили Его:

[Заⷱ҇ 102] Пристꙋпи́ша же нѣ́цыи ѿ саддꙋкє́й, глаго́лющїи воскрⷭ҇нїю не бы́ти, вопроша́хꙋ є҆го̀,

Учитель! Моисей написал нам, что если у кого умрет брат, имевший жену, и умрет бездетным, то брат его должен взять его жену и восставить семя брату своему.

глаго́люще: ᲂу҆чт҃лю, мѡѷсе́й написа̀ на́мъ: а҆́ще комꙋ̀ бра́тъ ᲂу҆́мретъ и҆мы́й женꙋ̀, и҆ то́й безча́денъ ᲂу҆́мретъ, да бра́тъ є҆гѡ̀ по́йметъ женꙋ̀ и҆ возста́витъ сѣ́мѧ бра́тꙋ своемꙋ̀:

Было семь братьев, первый, взяв жену, умер бездетным;

се́дмь ᲂу҆̀бо бра́тїй бѣ̀: и҆ пе́рвый поѧ́тъ женꙋ̀, ᲂу҆́мре безча́денъ:

взял ту жену второй, и тот умер бездетным;

и҆ поѧ́тъ вторы́й женꙋ̀, и҆ то́й ᲂу҆́мре безча́денъ:

взял ее третий; также и все семеро, и умерли, не оставив детей;

и҆ тре́тїй поѧ́тъ ю҆̀: та́кожде же и҆ всѝ се́дмь: и҆ не ѡ҆ста́виша ча̑дъ и҆ ᲂу҆мро́ша:

после всех умерла и жена;

по́слѣжде же всѣ́хъ ᲂу҆́мре и҆ жена̀:

итак, в воскресение которого из них будет она женою, ибо семеро имели ее женою?

въ воскрⷭ҇нїе ᲂу҆̀бо, кото́рагѡ и҆́хъ бꙋ́детъ жена̀; се́дмь бо и҆мѣ́ша ю҆̀ женꙋ̀.

Иисус сказал им в ответ: чада века сего женятся и выходят замуж;

И҆ ѿвѣща́въ речѐ и҆̀мъ і҆и҃съ: сы́нове вѣ́ка сегѡ̀ же́нѧтсѧ и҆ посѧга́ютъ:

а сподобившиеся достигнуть того века и воскресения из мертвых ни женятся, ни замуж не выходят,

а҆ сподо́бльшїисѧ вѣ́къ ѡ҆́нъ ᲂу҆лꙋчи́ти и҆ воскрⷭ҇нїе, є҆́же ѿ ме́ртвыхъ, ни же́нѧтсѧ, ни посѧга́ютъ:

и умереть уже не могут, ибо они равны Ангелам и суть сыны Божии, будучи сынами воскресения.

ни ᲂу҆мре́ти бо ктомꙋ̀ мо́гꙋтъ: ра́вни бо сꙋ́ть а҆́гг҃лѡмъ и҆ сн҃ове сꙋ́ть бж҃їи, воскрⷭ҇нїѧ сн҃ове сꙋ́ще:

А что мертвые воскреснут, и Моисей показал при купине, когда назвал Господа Богом Авраама и Богом Исаака и Богом Иакова.

а҆ ꙗ҆́кѡ востаю́тъ ме́ртвїи, и҆ мѡѷсе́й сказа̀ при кꙋпинѣ̀, ꙗ҆́коже глаго́летъ гдⷭ҇а бг҃а а҆враа́млѧ и҆ бг҃а і҆саа́кова и҆ бг҃а і҆а́кѡвлѧ:

Бог же не есть Бог мертвых, но живых, ибо у Него все живы.

бг҃ъ же нѣ́сть ме́ртвыхъ, но живы́хъ: вси́ бо томꙋ̀ жи́ви сꙋ́ть.

На это некоторые из книжников сказали: Учитель! Ты хорошо сказал.

Ѿвѣща́вше же нѣ́цыи ѿ кни̑жникъ реко́ша: ᲂу҆чт҃лю, до́брѣ ре́клъ є҆сѝ.

И уже не смели спрашивать Его ни о чем. Он же сказал им:

Ктомꙋ́ же не смѣ́ѧхꙋ є҆го̀ вопроси́ти ничесѡ́же. Рече́ же къ ни̑мъ:

ка́к говорят, что Христос есть Сын Давидов,

ка́кѡ глаго́лютъ хрⷭ҇та̀ сн҃а дв҃дова бы́ти;

а сам Давид говорит в книге псалмов: сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня,

Са́мъ бо дв҃дъ глаго́летъ въ кни́зѣ ѱало́мстѣй: речѐ гдⷭ҇ь гдⷭ҇еви моемꙋ̀: сѣдѝ ѡ҆деснꙋ́ю менє̀,

доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?

до́ндеже положꙋ̀ врагѝ твоѧ̑ подно́жїе нога́ма твои́ма.

Итак, Давид Господом называет Его; как же Он Сын ему?

Дв҃дъ ᲂу҆̀бо гдⷭ҇а є҆го̀ нарица́етъ, и҆ ка́кѡ сн҃ъ є҆мꙋ̀ є҆́сть;

И когда слушал весь народ, Он сказал ученикам Своим:

[Заⷱ҇ 103] Слы́шащымъ же всѣ̑мъ лю́демъ, речѐ ᲂу҆чн҃кѡ́мъ свои̑мъ:

остерегайтесь книжников, которые любят ходить в длинных одеждах и любят приветствия в народных собраниях, председания в синагогах и предвозлежания на пиршествах,

внемли́те себѣ̀ ѿ кни̑жникъ хотѧ́щихъ ходи́ти во ѻ҆де́ждахъ и҆ лю́бѧщихъ цѣлова̑нїѧ на то́ржищихъ и҆ предсѣда̑нїѧ на со́нмищихъ и҆ преждевозлежа̑нїѧ на ве́черѧхъ:

которые поедают до́мы вдов и лицемерно долго молятся; они примут тем большее осуждение.

и҆̀же снѣда́ютъ до́мы вдови́цъ и҆ вино́ю дале́че мо́лѧтсѧ {и҆ лицемѣ́рнѡ на до́лзѣ мо́лѧтсѧ}: сі́и прїи́мꙋтъ ли́шше ѡ҆сꙋжде́нїе.