Книга Притчей Соломоновых

Когда сядешь вкушать пищу с властелином, то тщательно наблюдай, что перед тобою,

А҆́ще сѧ́деши вечерѧ́ти на трапе́зѣ си́льнагѡ, разꙋ́мнѡ разꙋмѣва́й предлага́ємаѧ тебѣ̀,

и поставь преграду в гортани твоей, если ты алчен.

и҆ налага́й рꙋ́кꙋ твою̀, вѣ́дый, ꙗ҆́кѡ сицєва́ѧ тебѣ̀ подоба́етъ ᲂу҆гото́вити:

Не прельщайся лакомыми яствами его; это - обманчивая пища.

а҆́ще же несы́тнѣйшїй є҆сѝ, не жела́й бра́шенъ є҆гѡ̀: сїѧ̑ бо и҆́мꙋтъ живо́тъ ло́женъ.

Не заботься о том, чтобы нажить богатство; оставь такие мысли твои.

Не распростира́йсѧ ᲂу҆бо́гъ сы́й съ бога́тымъ, твое́ю же мы́слїю ᲂу҆далѧ́йсѧ.

Устремишь глаза твои на него, и - его уже нет; потому что оно сделает себе крылья и, как орел, улетит к небу.

А҆́ще ᲂу҆стреми́ши на него̀ ѻ҆́ко твоѐ, никогда́же ꙗ҆ви́тсѧ: содѣ̑ланы бо сꙋ́ть є҆мꙋ̀ кри́ла ꙗ҆́кѡ ѻ҆рлꙋ̀, и҆ ѡ҆браща́етсѧ въ до́мъ настоѧ́телѧ своегѡ̀.

Не вкушай пищи у человека завистливого и не прельщайся лакомыми яствами его;

Не вечерѧ́й съ мꙋ́жемъ зави́стливымъ, нижѐ похо́щеши пи́щей є҆гѡ̀:

потому что, каковы мысли в душе его, таков и он; "ешь и пей", говорит он тебе, а сердце его не с тобою.

и҆́мже бо ѡ҆́бразомъ а҆́ще кто̀ поглоти́тъ власы̀, си́це ꙗ҆́стъ и҆ пїе́тъ: нижѐ къ себѣ̀ да введе́ши є҆го̀ и҆ снѣ́си хлѣ́бъ тво́й съ ни́мъ:

Кусок, который ты съел, изблюешь, и добрые слова твои ты потратишь напрасно.

и҆зблюе́тъ бо є҆го̀ и҆ ѡ҆скверни́тъ словеса̀ твоѧ̑ дѡ́браѧ.

В уши глупого не говори, потому что он презрит разумные слова твои.

Во ᲂу҆́шїю безꙋ́мнагѡ ничто́же глаго́ли, да не когда̀ порꙋга́етъ разꙋ̑мнаѧ словеса̀ твоѧ̑.

Не передвигай межи давней и на поля сирот не заходи,

Не прелага́й предѣ̑лъ вѣ́чныхъ и҆ въ стѧжа́нїе сиро́тъ не вни́ди:

потому что Защитник их силен; Он вступится в дело их с тобою.

и҆збавлѧ́ѧй бо и҆̀хъ гдⷭ҇ь крѣ́покъ є҆́сть и҆ разсꙋ́дитъ сꙋ́дъ и҆́хъ съ тобо́ю.

Приложи сердце твое к учению и уши твои - к умным словам.

Да́ждь въ наказа́нїе се́рдце твоѐ, ᲂу҆шеса́ же твоѧ̑ ᲂу҆гото́вай словесє́мъ чꙋ́вствєннымъ.

Не оставляй юноши без наказания: если накажешь его розгою, он не умрет;

Не престава́й младе́нца нака́зовати: а҆́ще бо жезло́мъ бїе́ши є҆го̀, не ᲂу҆́мретъ (ѿ негѡ̀):

ты накажешь его розгою и спасешь душу его от преисподней.

ты́ бо побїе́ши є҆го̀ жезло́мъ, дꙋ́шꙋ же є҆гѡ̀ и҆зба́виши ѿ сме́рти.

Сын мой! если сердце твое будет мудро, то порадуется и мое сердце;

Сы́не, а҆́ще премꙋ́дро бꙋ́детъ се́рдце твоѐ, возвесели́ши и҆ моѐ се́рдце,

и внутренности мои будут радоваться, когда уста твои будут говорить правое.

и҆ пребꙋ́дꙋтъ въ словесѣ́хъ твоѝ ᲂу҆стнѣ̀ къ мои̑мъ ᲂу҆стна́мъ, а҆́ще пра̑ва бꙋ́дꙋтъ.

Да не завидует сердце твое грешникам, но да пребудет оно во все дни в страхе Господнем;

Да не ревнꙋ́етъ се́рдце твоѐ грѣ́шникѡмъ, но въ стра́сѣ гдⷭ҇ни бꙋ́ди ве́сь де́нь:

потому что есть будущность, и надежда твоя не потеряна.

а҆́ще бо соблюде́ши ѧ҆̀, бꙋ́дꙋтъ тѝ внꙋ́цы, и҆ ᲂу҆пова́нїе твоѐ не ѿстꙋ́питъ.

Слушай, сын мой, и будь мудр, и направляй сердце твое на прямой путь.

Слꙋ́шай, сы́не, и҆ премꙋ́дръ быва́й и҆ и҆справлѧ́й мы̑сли твоегѡ̀ се́рдца:

Не будь между упивающимися вином, между пресыщающимися мясом:

не бꙋ́ди вїнопі́йца, нижѐ прилага́йсѧ къ сложе́нїємъ и҆ кꙋпова́нїємъ мѧ́съ:

потому что пьяница и пресыщающийся обеднеют, и сонливость оденет в рубище.

всѧ́къ бо пїѧ́ница и҆ блꙋдни́къ ѡ҆бнища́етъ, и҆ ѡ҆блече́тсѧ въ раздра̑ннаѧ и҆ въ рꙋ̑бища всѧ́къ сонли́вый.

Слушайся отца твоего: он родил тебя; и не пренебрегай матери твоей, когда она и состарится.

Слꙋ́шай, сы́не, ѻ҆тца̀ роди́вшагѡ тѧ̀, и҆ не презира́й, є҆гда̀ состарѣ́етсѧ ма́ти твоѧ̀.

Купи истину и не продавай мудрости и учения и разума.

И҆́стинꙋ стѧжѝ и҆ не ѿри́ни мꙋ́дрости и҆ ᲂу҆че́нїѧ и҆ ра́зꙋма.

Торжествует отец праведника, и родивший мудрого радуется о нем.

До́брѣ воспитова́етъ ѻ҆те́цъ пра́веденъ, ѡ҆ сы́нѣ же премꙋ́дрѣмъ весели́тсѧ дꙋша̀ є҆гѡ̀.

Да веселится отец твой и да торжествует мать твоя, родившая тебя.

Да весели́тсѧ ѻ҆те́цъ и҆ ма́ти ѡ҆ тебѣ̀, и҆ да ра́дꙋетсѧ ро́ждшаѧ тѧ̀.

Сын мой! отдай сердце твое мне, и глаза твои да наблюдают пути мои,

Да́ждь мѝ, сы́не, твоѐ се́рдце, ѻ҆́чи же твоѝ моѧ̑ пꙋти̑ да соблюда́ютъ.

потому что блудница - глубокая пропасть, и чужая жена - тесный колодезь;

Сосꙋ́дъ бо сокрꙋше́нъ чꙋжді́й до́мъ, и҆ стꙋдене́цъ тѣ́сенъ чꙋжді́й:

она, как разбойник, сидит в засаде и умножает между людьми законопреступников.

се́й бо вско́рѣ поги́бнетъ, и҆ всѧ́кїй законопрестꙋ́пникъ потреби́тсѧ.

У кого вой? у кого стон? у кого ссоры? у кого горе? у кого раны без причины? у кого багровые глаза?

Комꙋ̀ го́ре; комꙋ̀ молва̀; комꙋ̀ сꙋ́дове; комꙋ̀ го́рєсти и҆ сва̑ры; комꙋ̀ сокрꙋшє́нїѧ вотщѐ; комꙋ̀ си̑ни ѻ҆́чи;

У тех, которые долго сидят за вином, которые приходят отыскивать вина приправленного.

Не пребыва́ющымъ ли въ вїнѣ̀; и҆ не назира́ющымъ ли, гдѣ̀ пи́рове быва́ютъ;

Не смотри на вино, как оно краснеет, как оно искрится в чаше, как оно ухаживается ровно:

Не ᲂу҆пива́йтесѧ вїно́мъ, но бесѣ́дꙋйте ко человѣ́кѡмъ првⷣнымъ, и҆ бесѣ́дꙋйте во прохо́дѣхъ: а҆́ще бо на ча́шы и҆ стклѧ̑ницы вда́си ѻ҆́чи твоѝ, послѣдѝ и҆́маши ходи́ти нажа́йшїй бѣли́льнагѡ дре́ва:

впоследствии, как змей, оно укусит, и ужалит, как аспид;

послѣди́ же ꙗ҆́кѡ ѿ ѕмі́а ᲂу҆ѧ́звенъ простре́тсѧ, и҆ ꙗ҆́коже ѿ кера́ста разлива́етсѧ є҆мꙋ̀ ꙗ҆́дъ.

глаза твои будут смотреть на чужих жен, и сердце твое заговорит развратное,

Ѻ҆́чи твоѝ є҆гда̀ ᲂу҆́зрѧтъ (женꙋ̀) чꙋждꙋ́ю, ᲂу҆ста̀ твоѧ̑ тогда̀ возглаго́лютъ стро́пѡтнаѧ:

и ты будешь, как спящий среди моря и как спящий на верху мачты.

и҆ возлѧ́жеши ꙗ҆́кѡ въ се́рдцы мо́рѧ и҆ ꙗ҆́коже ко́рмчїй во мно́зѣ волне́нїи.

[И скажешь:] "били меня, мне не было больно; толкали меня, я не чувствовал. Когда проснусь, опять буду искать того же".

Рече́ши же: би́ша мѧ̀, и҆ не поболѣ́хъ, и҆ порꙋга́шасѧ мѝ, а҆́зъ же не разꙋмѣ́хъ: когда̀ ᲂу҆́тро бꙋ́детъ, да ше́дъ взыщꙋ̀, съ ни́миже сни́дꙋсѧ;