Деяния святых Апостолов

[Зач. 29.] В то время царь Ирод поднял руки на некоторых из принадлежащих к церкви, чтобы сделать им зло,

[Зач. 29.] [Заⷱ҇ 29] Во ѻ҆́но же вре́мѧ возложѝ и҆́рѡдъ ца́рь рꙋ́цѣ ѡ҆ѕло́бити нѣ̑кїѧ и҆̀же ѿ цр҃кве,

и убил Иакова, брата Иоаннова, мечом.

ᲂу҆би́ же і҆а́кѡва, бра́та і҆ѡа́ннова, мече́мъ:

Видя же, что это приятно Иудеям, вслед за тем взял и Петра,- тогда были дни опресноков,-

и҆ ви́дѣвъ, ꙗ҆́кѡ го́дѣ є҆́сть і҆ꙋде́ємъ, приложѝ ꙗ҆́ти и҆ петра̀: бѧ́хꙋ же дні́е ѡ҆прѣсно́чнїи:

и, задержав его, посадил в темницу, и приказал четырем четверицам воинов стеречь его, намереваясь после Пасхи вывести его к народу.

є҆го́же и҆ є҆́мь всадѝ въ темни́цꙋ, преда́въ четы́ремъ четвери́цамъ во́инѡвъ стрещѝ є҆го̀, хотѧ̀ по па́сцѣ и҆звестѝ є҆го̀ къ лю́демъ.

Итак Петра стерегли в темнице, между тем церковь прилежно молилась о нем Богу.

И҆ ᲂу҆́бѡ петра̀ стрежа́хꙋ въ темни́цѣ: моли́тва же бѣ̀ прилѣ́жна быва́емаѧ ѿ цр҃кве къ бг҃ꙋ ѡ҆ не́мъ.

Когда же Ирод хотел вывести его, в ту ночь Петр спал между двумя воинами, скованный двумя цепями, и стражи у дверей стерегли темницу.

Є҆гда́ же хотѧ́ше є҆го̀ и҆звестѝ и҆́рѡдъ, въ нощѝ то́й бѣ̀ пе́тръ спѧ̀ междꙋ̀ двѣма̀ во́инома, свѧ́занъ (желѣ́знома) ᲂу҆́жема двѣма̀, стра́жїе же пред̾ две́рьми стрежа́хꙋ темни́цы.

И вот, Ангел Господень предстал, и свет осиял темницу. Ангел, толкнув Петра в бок, пробудил его и сказал: встань скорее. И цепи упали с рук его.

И҆ сѐ, а҆́гг҃лъ гдⷭ҇ень предста̀, и҆ свѣ́тъ возсїѧ̀ въ хра́минѣ: толкнꙋ́въ же въ ре́бра петра̀, воздви́же є҆го̀, глаго́лѧ: воста́ни вско́рѣ. И҆ спадо́ша є҆мꙋ̀ ᲂу҆́жѧ (желѣ́знаѧ) съ рꙋкꙋ̀.

И сказал ему Ангел: опояшься и обуйся. Он сделал так. Потом говорит ему: надень одежду твою и иди за мною.

Рече́ же а҆́гг҃лъ къ немꙋ̀: препоѧ́шисѧ и҆ встꙋпѝ въ плесни̑цы твоѧ̑. Сотвори́ же та́кѡ. И҆ глаго́ла є҆мꙋ̀: ѡ҆блецы́сѧ въ ри́зꙋ твою̀ и҆ послѣ́дствꙋй мѝ.

Петр вышел и следовал за ним, не зная, что делаемое Ангелом было действительно, а думая, что видит видение.

И҆ и҆зше́дъ в̾слѣ́дъ є҆гѡ̀ и҆дѧ́ше и҆ не вѣ́даше, ꙗ҆́кѡ и҆́стина є҆́сть бы́вшее ѿ а҆́гг҃ла, мнѧ́ше же видѣ́нїе зрѣ́ти.

Пройдя первую и вторую стражу, они пришли к железным воротам, ведущим в город, которые сами собою отворились им: они вышли, и прошли одну улицу, и вдруг Ангела не стало с ним.

Прошє́дша же пе́рвꙋю стра́жꙋ и҆ вторꙋ́ю, прїидо́ста ко вратѡ́мъ желѣ̑знымъ, вводѧ́щымъ во гра́дъ, ꙗ҆̀же ѡ҆ себѣ̀ ѿверзо́шасѧ и҆́ма: и҆ и҆зшє́дша преидо́ста сто́гнꙋ є҆ди́нꙋ, и҆ а҆́бїе ѿстꙋпѝ а҆́гг҃лъ ѿ негѡ̀.

Тогда Петр, придя в себя, сказал: теперь я вижу воистину, что Господь послал Ангела Своего и избавил меня из руки Ирода и от всего, чего ждал народ Иудейский.

И҆ пе́тръ бы́въ въ себѣ̀, речѐ: нн҃ѣ вѣ́мъ вои́стиннꙋ, ꙗ҆́кѡ посла̀ бг҃ъ а҆́гг҃ла своего̀ и҆ и҆з̾ѧ́тъ мѧ̀ и҆з̾ рꙋкѝ и҆́рѡдовы и҆ ѿ всегѡ̀ ча́ѧнїѧ люді́й і҆ꙋде́йскихъ.

[Зач. 30.] И, осмотревшись, пришел к дому Марии, матери Иоанна, называемого Марком, где многие собрались и молились.

[Зач. 30.] [Заⷱ҇ 30] Смотри́въ же прїи́де въ до́мъ марі́и ма́тере і҆ѡа́нна, нарица́емагѡ ма́рка, и҆дѣ́же бѧ́хꙋ мно́зи со́брани и҆ молѧ́щесѧ.

Когда же Петр постучался у ворот, то вышла послушать служанка, именем Рода,

Толкнꙋ́вшꙋ же петрꙋ̀ во врата̀ двора̀, пристꙋпѝ слы́шати ѻ҆трокови́ца, и҆́менемъ ро́ди,

и, узнав голос Петра, от радости не отворила ворот, но, вбежав, объявила, что Петр стоит у ворот.

и҆ позна́вши гла́съ петро́въ, ѿ ра́дости не ѿве́рзе вра́тъ, прите́кши же сказа̀ петра̀ стоѧ́ща пред̾ враты̀.

А те сказали ей: в своем ли ты уме? Но она утверждала свое. Они же говорили: это Ангел его.

Ѻ҆ни́ же къ не́й рѣ́ша: бѣснꙋ́ешисѧ ли; Ѻ҆на́ же крѣплѧ́шесѧ та́кѡ бы́ти. Ѻ҆ни́ же глаго́лахꙋ: а҆́гг҃лъ є҆гѡ̀ є҆́сть.

Между тем Петр продолжал стучать. Когда же отворили, то увидели его и изумились.

Пе́тръ же пребыва́ше толкі́й: ѿве́рзше же ви́дѣша є҆го̀ и҆ ᲂу҆жасо́шасѧ.

Он же, дав знак рукою, чтобы молчали, рассказал им, как Господь вывел его из темницы, и сказал: уведомьте о сем Иакова и братьев. Потом, выйдя, пошел в другое место.

Помаа́въ же и҆̀мъ рꙋко́ю молча́ти, сказа̀ и҆̀мъ, ка́кѡ гдⷭ҇ь є҆го̀ и҆зведѐ и҆з̾ темни́цы: рече́ же: возвѣсти́те і҆а́кѡвꙋ и҆ бра́тїѧмъ сїѧ̑. И҆ и҆зше́дъ и҆́де во и҆́но мѣ́сто.

По наступлении дня между воинами сделалась большая тревога о том, что сделалось с Петром.

Бы́вшꙋ же дню̀, бѣ̀ молва̀ не ма́ла въ во́инѣхъ, что̀ ᲂу҆́бѡ петрꙋ̀ бы́сть:

Ирод же, поискав его и не найдя, судил стражей и велел казнить их. Потом он отправился из Иудеи в Кесарию и там оставался.

и҆́рѡдъ же, поиска́въ є҆го̀ и҆ не ѡ҆брѣ́тъ и҆ и҆стѧза́въ стра́жы, повелѣ̀ ѿвестѝ и҆̀хъ: и҆ и҆зше́дъ ѿ і҆ꙋде́и въ кесарі́ю, живѧ́ше.

Ирод был раздражен на Тирян и Сидонян; они же, согласившись, пришли к нему и, склонив на свою сторону Власта, постельника царского, просили мира, потому что область их питалась от области царской.

Бѣ́ же и҆́рѡдъ гнѣ́ваѧсѧ на тѵ́рѧны и҆ сїдѡ́нѧны: и҆̀же є҆динодꙋ́шнѡ прїидо́ша къ немꙋ̀, и҆ ᲂу҆моли́вше вла́ста посте́льника царе́ва, проша́хꙋ ми́ра, поне́же страны̑ и҆́хъ ѿ ца́рства є҆гѡ̀ пита́хꙋсѧ.

В назначенный день Ирод, одевшись в царскую одежду, сел на возвышенном месте и говорил к ним;

Въ нарече́нный же де́нь и҆́рѡдъ, ѡ҆бо́лксѧ во ѻ҆де́ждꙋ ца́рскꙋ и҆ сѣ́дъ на сꙋди́ще пред̾ наро́домъ, глаго́лаше къ ни̑мъ,

а народ восклицал: это голос Бога, а не человека.

наро́дъ же возглаша́ше: гла́съ бж҃їй, а҆ не человѣ́чь.

Но вдруг Ангел Господень поразил его за то, что он не воздал славы Богу; и он, быв изъеден червями, умер.

Внеза́пꙋ же поразѝ є҆го̀ а҆́гг҃лъ гдⷭ҇ень, занѐ не дадѐ сла́вы бг҃ꙋ: и҆ бы́въ червьмѝ и҆з̾ѧде́нъ, и҆́здше.

Слово же Божие росло и распространялось.

Сло́во же бж҃їе растѧ́ше и҆ мно́жашесѧ.

[Зач. 31.] А Варнава и Савл, по исполнении поручения, возвратились из Иерусалима (в Антиохию), взяв с собою и Иоанна, прозванного Марком.

[Зач. 31.] [Заⷱ҇ 31] Варна́ва же и҆ са́ѵлъ возврати́стасѧ и҆з̾ і҆ерⷭ҇ли́ма во а҆нтїохі́ю, и҆спѡ́лнивша слꙋ́жбꙋ, поє́мша съ собо́ю и҆ і҆ѡа́нна, нарица́емаго ма́рка.

В Антиохии, в тамошней церкви были некоторые пророки и учители: Варнава, и Симеон, называемый Нигер, и Луций Киринеянин, и Манаил, совоспитанник Ирода четвертовластника, и Савл.

Бѧ́хꙋ же нѣ́цыи во цр҃кви сꙋ́щей во а҆нтїохі́и прⷪ҇ро́цы и҆ ᲂу҆чи́телїе: варна́ва же и҆ сѷмеѡ́нъ нарица́емый ні́геръ, и҆ лꙋкі́й кѷрине́анинъ, и҆ манаи́лъ со и҆́рѡдомъ четвертовла́стникомъ воспита́нный, и҆ са́ѵлъ.

Когда они служили Господу и постились, Дух Святый сказал: отделите Мне Варнаву и Савла на дело, к которому Я призвал их.

Слꙋжа́щымъ же и҆̀мъ гдⷭ҇еви и҆ постѧ́щымсѧ, речѐ дх҃ъ ст҃ы́й: ѿдѣли́те мѝ варна́вꙋ и҆ са́ѵла на дѣ́ло, на не́же призва́хъ и҆̀хъ.

Тогда они, совершив пост и молитву и возложив на них руки, отпустили их.

Тогда̀ пости́вшесѧ и҆ помоли́вшесѧ и҆ возло́жше рꙋ́ки на нѧ̀, ѿпꙋсти́ша и҆̀хъ.

Сии, быв посланы Духом Святым, пришли в Селевкию, а оттуда отплыли в Кипр;

Сїѧ̑ ᲂу҆̀бо, пѡ́слана бы̑вша ѿ дх҃а ст҃а, снидо́ста въ селеѵкі́ю, ѿтꙋ́дꙋ же ѿплы́ста въ кѵ́пръ,

и, быв в Саламине, проповедовали слово Божие в синагогах Иудейских; имели же при себе и Иоанна для служения.

и҆ бы̑вша въ саламі́нѣ, возвѣща́ста сло́во бж҃їе въ со́нмищихъ і҆ꙋде́йскихъ: и҆мѣ́ѧста же и҆ і҆ѡа́нна слꙋгꙋ̀.

Пройдя весь остров до Пафа, нашли они некоторого волхва, лжепророка, Иудеянина, именем Вариисуса,

Прошє́дша же ѻ҆́стровъ да́же до па́фа, ѡ҆брѣто́ста нѣ́коего мꙋ́жа волхва̀ лжепроро́ка і҆ꙋде́анина, є҆мꙋ́же и҆́мѧ варїисꙋ́съ,

который находился с проконсулом Сергием Павлом, мужем разумным. Сей, призвав Варнаву и Савла, пожелал услышать слово Божие.

и҆́же бѣ̀ со а҆нѳѷпа́томъ се́ргїемъ па́ѵломъ, мꙋ́жемъ разꙋ́мнымъ. Се́й призва́въ варна́вꙋ и҆ са́ѵла, взыска̀ ᲂу҆слы́шати сло́во бж҃їе:

А Елима волхв (ибо то́ значит имя его) противился им, стараясь отвратить проконсула от веры.

сопротивлѧ́шесѧ же и҆́ма є҆лѵ́ма во́лхвъ, та́кѡ бо сказꙋ́етсѧ и҆́мѧ є҆гѡ̀, и҆скі́й разврати́ти а҆нѳѷпа́та ѿ вѣ́ры.

Но Савл, он же и Павел, исполнившись Духа Святаго и устремив на него взор,

Са́ѵлъ же, и҆́же и҆ па́ѵелъ, и҆спо́лнисѧ дх҃а ст҃а, и҆ воззрѣ́въ на́нь,

сказал: о, исполненный всякого коварства и всякого злодейства, сын диавола, враг всякой правды! перестанешь ли ты совращать с прямых путей Господних?

речѐ: ѽ, и҆спо́лненне всѧ́кїѧ льстѝ и҆ всѧ́кїѧ ѕло́бы, сы́не дїа́воль, вра́же всѧ́кїѧ пра́вды, не преста́неши ли развраща́ѧ пꙋти̑ гдⷭ҇ни пра̑выѧ;

И ныне вот, рука Господня на тебя: ты будешь слеп и не увидишь солнца до времени. И вдруг напал на него мрак и тьма, и он, обращаясь туда и сюда, искал вожатого.

и҆ нн҃ѣ, сѐ, рꙋка̀ гдⷭ҇нѧ на тѧ̀, и҆ бꙋ́деши слѣ́пъ, не ви́дѧ со́лнца до вре́мене. Внеза́пꙋ же нападѐ на́нь мра́къ и҆ тьма̀, и҆ ѡ҆сѧза́ѧ и҆ска́ше вожда̀.

Тогда проконсул, увидев происшедшее, уверовал, дивясь учению Господню.

Тогда̀ ви́дѣвъ а҆нѳѷпа́тъ бы́вшее, вѣ́рова, дивѧ́сѧ ѡ҆ ᲂу҆ч҃нїи гдⷭ҇ни.

[Зач. 32.] Отплыв из Пафа, Павел и бывшие при нем прибыли в Пергию, в Памфилии. Но Иоанн, отделившись от них, возвратился в Иерусалим.

[Зач. 32.] [Заⷱ҇ 32] Ѿве́зшесѧ же ѿ па́фа па́ѵелъ и҆ сꙋ́щїи съ ни́мъ, прїидо́ша въ пергі́ю памфѷлі́йскꙋю: і҆ѡа́ннъ же, ѿлꙋчи́всѧ ѿ ни́хъ, возврати́сѧ во і҆ерⷭ҇ли́мъ.

Они же, проходя от Пергии, прибыли в Антиохию Писидийскую и, войдя в синагогу в день субботний, сели.

Ѻ҆ни́ же, проше́дше ѿ пергі́и, прїидо́ша во а҆нтїохі́ю пїсїді́йскꙋю, и҆ вше́дше въ со́нмище въ де́нь сꙋббѡ́тный, сѣдо́ша.

После чтения закона и пророков, начальники синагоги послали сказать им: мужи братия! если у вас есть слово наставления к народу, говорите.

По чте́нїи же зако́на и҆ прⷪ҇рѡ́къ, посла́ша нача̑льницы со́нмища къ ни̑мъ, глаго́люще: мꙋ́жїе бра́тїе, а҆́ще є҆́сть сло́во въ ва́съ ᲂу҆тѣше́нїѧ къ лю́демъ, глаго́лите.

Павел, встав и дав знак рукою, сказал: мужи Израильтяне и боящиеся Бога! послушайте.

Воста́въ же па́ѵелъ и҆ помаа́въ рꙋко́ю, речѐ: мꙋ́жїе і҆и҃льтѧне и҆ боѧ́щїисѧ бг҃а, ᲂу҆слы́шите:

Бог народа сего избрал отцов наших и возвысил сей народ во время пребывания в земле Египетской, и мышцею вознесенною вывел их из нее,

бг҃ъ люді́й си́хъ и҆збра̀ ѻ҆тцы̀ на́шѧ и҆ лю́ди вознесѐ въ прише́льствїи въ землѝ є҆гѵ́петстѣй, и҆ мы́шцею высо́кою и҆зведѐ и҆̀хъ и҆з̾ неѧ̀

и около сорока лет времени питал их в пустыне.

и҆ до четы́редесѧти лѣ́тъ препита̀ и҆̀хъ въ пꙋсты́ни:

И, истребив семь народов в земле Ханаанской, разделил им в наследие землю их.

и҆ низложи́въ ꙗ҆зы̑къ се́дмь въ землѝ ханаа́нстѣй, дадѐ и҆̀мъ въ наслѣ́дїе зе́млю и҆́хъ,

И после сего, около четырехсот пятидесяти лет, давал им судей до пророка Самуила.

и҆ по си́хъ, ꙗ҆́кѡ лѣ́тъ четы́реста и҆ пѧтьдесѧ́тъ, дадѐ и҆̀мъ сꙋдїи̑ до самꙋи́ла прⷪ҇ро́ка:

Потом просили они царя, и Бог дал им Саула, сына Кисова, мужа из колена Вениаминова. Так прошло лет сорок.

и҆ ѿтꙋ́дꙋ проси́ша царѧ̀, и҆ дадѐ и҆̀мъ бг҃ъ саꙋ́ла сы́на кі́сова, мꙋ́жа ѿ колѣ́на венїамі́нова, лѣ́тъ четы́редесѧть:

Отринув его, поставил им царем Давида, о котором и сказал, свидетельствуя: нашел Я мужа по сердцу Моему, Давида, сына Иессеева, который исполнит все хотения Мои.

и҆ преста́вль є҆го̀, воздви́же и҆̀мъ дв҃да въ царѧ̀, є҆мꙋ́же и҆ речѐ свидѣ́тельствовавъ: ѡ҆брѣто́хъ дв҃да сы́на і҆ессе́ова, мꙋ́жа по срⷣцꙋ моемꙋ̀, и҆́же сотвори́тъ всѧ̑ хотѣ̑нїѧ моѧ̑.

Из его-то потомства Бог по обетованию воздвиг Израилю Спасителя Иисуса.

Ѿ сегѡ̀ сѣ́мене бг҃ъ по ѡ҆бѣтова́нїю воздви́же і҆и҃лю спⷭ҇нїе і҆и҃са,

Перед самым явлением Его Иоанн проповедовал крещение покаяния всему народу Израильскому.

проповѣ́давшꙋ і҆ѡа́ннꙋ пред̾ лице́мъ вни́тїѧ є҆гѡ̀ креще́нїе покаѧ́нїѧ всѣ̑мъ лю́демъ і҆и҃лєвымъ.

При окончании же поприща своего, Иоанн говорил: за кого почитаете вы меня? я не тот; но вот, идет за мною, у Которого я недостоин развязать обувь на ногах.

[Заⷱ҇ 33] И҆ ꙗ҆́коже скончава́ше і҆ѡа́ннъ тече́нїе, глаго́лаше: кого̀ мѧ̀ непщꙋ́ете бы́ти; нѣ́смь а҆́зъ, но сѐ, грѧде́тъ по мнѣ̀, є҆мꙋ́же нѣ́смь досто́инъ разрѣши́ти реме́нь сапогꙋ̑ є҆гѡ̀.

Мужи братия, дети рода Авраамова, и боящиеся Бога между вами! вам послано слово спасения сего.

Мꙋ́жїе бра́тїе, сы́нове ро́да а҆враа́млѧ, и҆ и҆̀же въ ва́съ боѧ́щїисѧ бг҃а, ва́мъ сло́во спⷭ҇нїѧ сегѡ̀ посла́сѧ.

Ибо жители Иерусалима и начальники их, не узнав Его и осудив, исполнили слова пророческие, читаемые каждую субботу,

Живꙋ́щїи бо во і҆ерⷭли́мѣ и҆ кнѧ̑зи и҆́хъ, сегѡ̀ не разꙋмѣ́вше, и҆ гла́сы прⷪ҇ро́чєскїѧ по всѧ̑ сꙋббѡ̑ты чтѡ́мыѧ, ѡ҆сꙋди́вше (є҆го̀), и҆спо́лниша,

и, не найдя в Нем никакой вины, достойной смерти, просили Пилата убить Его.

и҆ ни є҆ди́ныѧ вины̀ сме́ртныѧ ѡ҆брѣ́тше, проси́ша ᲂу҆ пїла́та ᲂу҆би́ти є҆го̀:

Когда же исполнили всё написанное о Нем, то, сняв с древа, положили Его во гроб.

ꙗ҆́коже сконча́ша всѧ̑, ꙗ҆̀же ѡ҆ не́мъ пи̑сана, сне́мше съ дре́ва, положи́ша во гро́бѣ.

Но Бог воскресил Его из мертвых.

Бг҃ъ же воскр҃сѝ є҆го̀ ѿ ме́ртвыхъ:

Он в продолжение многих дней являлся тем, которые вышли с Ним из Галилеи в Иерусалим и которые ныне суть свидетели Его перед народом.

и҆́же ꙗ҆влѧ́шесѧ во дни̑ мнѡ́ги совозше́дшымъ съ ни́мъ ѿ галїле́и во і҆ерⷭ҇ли́мъ, и҆̀же нн҃ѣ сꙋ́ть свидѣ́телїе є҆гѡ̀ къ лю́демъ.

И мы благовествуем вам, что обетование, данное отцам, Бог исполнил нам, детям их, воскресив Иисуса,

И҆ мы̀ ва́мъ благовѣствꙋ́емъ ѡ҆бѣтова́нїе бы́вшее ко ѻ҆тцє́мъ, ꙗ҆́кѡ сїѐ бг҃ъ и҆спо́лнилъ є҆́сть на́мъ ча́дѡмъ и҆́хъ, воздви́гъ і҆и҃са,

как и во втором псалме написано: Ты Сын Мой: Я ныне родил Тебя.

ꙗ҆́коже и҆ во ѱалмѣ̀ вторѣ́мъ пи́сано є҆́сть: сн҃ъ мо́й є҆сѝ ты̀, а҆́зъ дне́сь роди́хъ тѧ̀.

А что воскресил Его из мертвых, так что Он уже не обратится в тление, о сем сказал так: Я дам вам милости, обещанные Давиду, верно.

А҆ ꙗ҆́коже воскр҃сѝ є҆го̀ ѿ ме́ртвыхъ, не ктомꙋ̀ хотѧ́ща возврати́тисѧ во и҆стлѣ́нїе, си́це речѐ: ꙗ҆́кѡ да́мъ ва́мъ прпⷣбнаѧ дв҃дѡва вѣ̑рнаѧ.

Посему и в другом месте говорит: не дашь Святому Твоему увидеть тление.

Тѣ́мже и҆ въ дрꙋго́мъ гл҃етъ: не да́си прпⷣбномꙋ твоемꙋ̀ ви́дѣти и҆стлѣ́нїѧ.

Давид, в свое время послужив изволению Божию, почил и приложился к отцам своим, и увидел тление;

Дв҃дъ бо, своемꙋ̀ ро́дꙋ послꙋжи́въ бж҃їимъ совѣ́томъ, ᲂу҆́спе, и҆ приложи́сѧ ко ѻ҆тцє́мъ свои̑мъ, и҆ ви́дѣ и҆стлѣ́нїе:

а Тот, Которого Бог воскресил, не увидел тления.

а҆ є҆го́же бг҃ъ воздви́же, не ви́дѣ и҆стлѣ́нїѧ.

Итак, да будет известно вам, мужи братия, что ради Него возвещается вам прощение грехов;

Вѣ́домо ᲂу҆̀бо да бꙋ́детъ ва́мъ, мꙋ́жїе бра́тїе, ꙗ҆́кѡ є҆гѡ̀ ра́ди ва́мъ ѡ҆ставле́нїе грѣхѡ́въ проповѣ́даетсѧ:

и во всем, в чем вы не могли оправдаться законом Моисеевым, оправдывается Им всякий верующий.

и҆ ѿ всѣ́хъ, ѿ ни́хже не возмого́сте въ зако́нѣ мѡѷсе́овѣ ѡ҆правди́тисѧ, ѡ҆ се́мъ всѧ́къ вѣ́рꙋѧй ѡ҆правда́етсѧ.

Берегитесь же, чтобы не пришло на вас сказанное у пророков:

Блюди́те ᲂу҆̀бо, да не прїи́детъ на ва́съ рече́нное во прⷪ҇ро́цѣхъ:

смотрите, презрители, подивитесь и исчезните; ибо Я делаю дело во дни ваши, дело, которому не поверили бы вы, если бы кто рассказывал вам.

ви́дите, неради́вїи, и҆ чꙋди́тесѧ, и҆ ᲂу҆́зрите и҆ и҆сче́знете: ꙗ҆́кѡ дѣ́ло а҆́зъ содѣ́лаю во дни̑ ва́шѧ, є҆мꙋ́же не и҆́мате вѣ́ровати, а҆́ще кто̀ повѣ́сть ва́мъ.

При выходе их из Иудейской синагоги язычники просили их говорить о том же в следующую субботу.

И҆сходѧ́щымъ же и҆̀мъ ѿ со́нмища і҆ꙋде́йска, молѧ́хꙋ ꙗ҆зы́цы въ дрꙋгꙋ́ю сꙋббѡ́тꙋ глаго́латисѧ и҆̀мъ глаго́лѡмъ си̑мъ:

Когда же собрание было распущено, то многие Иудеи и чтители Бога, обращенные из язычников, последовали за Павлом и Варнавою, которые, беседуя с ними, убеждали их пребывать в благодати Божией.

разше́дшꙋсѧ же собо́рꙋ, послѣ́доваша мно́зи ѿ і҆ꙋдє́й и҆ чести́выхъ пришлє́цъ па́ѵлꙋ и҆ варна́вѣ, и҆̀же, глагѡ́люща и҆̀мъ, ᲂу҆вѣща́ста и҆̀хъ пребыва́ти въ блгⷣти бж҃їей.

В следующую субботу почти весь город собрался слушать слово Божие.

Во грѧдꙋ́щꙋю же сꙋббѡ́тꙋ ма́лѡ не ве́сь гра́дъ собра́сѧ послꙋ́шати сло́ва бж҃їѧ:

Но Иудеи, увидев народ, исполнились зависти и, противореча и злословя, сопротивлялись тому, что говорил Павел.

ви́дѣвше же і҆ꙋде́є наро́ды, и҆спо́лнишасѧ за́висти и҆ вопрекѝ глаго́лахꙋ глаго́лємымъ ѿ па́ѵла, сопроти́въ глаго́люще и҆ хꙋ́лѧще.

Тогда Павел и Варнава с дерзновением сказали: вам первым надлежало быть проповедану слову Божию, но как вы отвергаете его и сами себя делаете недостойными вечной жизни, то вот, мы обращаемся к язычникам.

Дерзнꙋ̑вша же па́ѵелъ и҆ варна́ва реко́ста: ва́мъ бѣ̀ лѣ́по пе́рвѣе глаго́лати сло́во бж҃їе: а҆ поне́же ѿверго́сте є҆̀ и҆ недостѡ́йны творитѐ са́ми себѐ вѣ́чномꙋ животꙋ̀, сѐ, ѡ҆браща́емсѧ во ꙗ҆зы́ки:

Ибо так заповедал нам Господь: Я положил Тебя во свет язычникам, чтобы Ты был во спасение до края земли.

та́кѡ бо заповѣ́да на́мъ гдⷭ҇ь: положи́хъ тѧ̀ во свѣ́тъ ꙗ҆зы́кѡмъ, є҆́же бы́ти тебѣ̀ во спⷭ҇нїе да́же до послѣ́днихъ землѝ.

Язычники, слыша это, радовались и прославляли слово Господне, и уверовали все, которые были предуставлены к вечной жизни.

Слы́шаще же ꙗ҆зы́цы ра́довахꙋсѧ и҆ сла́влѧхꙋ сло́во гдⷭ҇не, и҆ вѣ́роваша, є҆ли́цы ᲂу҆чине́ни бѧ́хꙋ въ жи́знь вѣ́чнꙋю:

И слово Господне распространялось по всей стране.

проноша́шесѧ же сло́во гдⷭ҇не по все́й странѣ̀.

Но Иудеи, подстрекнув набожных и почетных женщин и первых в городе людей, воздвигли гонение на Павла и Варнаву и изгнали их из своих пределов.

І҆ꙋде́є же наꙋсти́ша чести̑выѧ жєны̀ и҆ благоѡбра̑зныѧ и҆ старѣ́йшины гра́да, и҆ воздвиго́ша гоне́нїе на па́ѵла и҆ варна́вꙋ, и҆ и҆згна́ша ѧ҆̀ ѿ предѣ̑лъ свои́хъ.

Они же, отрясши на них прах от ног своих, пошли в Иконию.

Ѡ҆́на же, ѿрѧ̑сша пра́хъ ѿ но́гъ свои́хъ на ни́хъ, прїидо́ста во і҆коні́ю.

А ученики исполнялись радости и Духа Святаго.

Оу҆чн҃цы́ же и҆сполнѧ́хꙋсѧ ра́дости и҆ дх҃а ст҃а.