Книга Иова

И отвечал Иов и сказал:

Ѿвѣща́въ же і҆́ѡвъ, речѐ:

выслушайте внимательно речь мою, и это будет мне утешением от вас.

послꙋ́шайте, послꙋ́шайте слове́съ мои́хъ, да не бꙋ́детъ мѝ ѿ ва́съ сїѐ ᲂу҆тѣше́нїе:

Потерпите меня, и я буду говорить; а после того, как поговорю, насмехайся.

потерпи́те мѝ, а҆́зъ же возглаго́лю, та́же не посмѣе́темисѧ.

Разве к человеку речь моя? как же мне и не малодушествовать?

Что́ бо; є҆да̀ человѣ́ческо мѝ ѡ҆бличе́нїе; и҆лѝ почто̀ не воз̾ѧрю́сѧ;

Посмотрите на меня и ужаснитесь, и положите перст на уста.

Воззрѣ́вшїи на мѧ̀ ᲂу҆диви́тесѧ, рꙋ́кꙋ поло́жше на лани́тѣ.

Лишь только я вспомню,- содрогаюсь, и трепет объемлет тело мое.

А҆́ще бо воспомѧнꙋ̀, ᲂу҆жаснꙋ́сѧ: ѡ҆бдержа́тъ бо пло́ть мою̀ болѣ̑зни.

Почему беззаконные живут, достигают старости, да и силами крепки?

Почто̀ нечести́вїи живꙋ́тъ, ѡ҆бетша́ша же въ бога́тствѣ;

Дети их с ними перед лицем их, и внуки их перед глазами их.

Сѣ́мѧ и҆́хъ по дꙋшѝ, ча̑да же и҆́хъ пред̾ ѻ҆чи́ма.

Домы их безопасны от страха, и нет жезла Божия на них.

До́мове и҆́хъ ѻ҆би́льнїи сꙋ́ть, стра́хъ же нигдѣ̀, ра́ны же ѿ гдⷭ҇а нѣ́сть на ни́хъ.

Вол их оплодотворяет и не извергает, корова их зачинает и не выкидывает.

Говѧ́до и҆́хъ не и҆зве́рже: спасе́на же бы́сть и҆́хъ и҆мꙋ́щаѧ во чре́вѣ и҆ не лиши́сѧ.

Как стадо, выпускают они малюток своих, и дети их прыгают.

Пребыва́ютъ же ꙗ҆́кѡ ѻ҆́вцы вѣ̑чныѧ, дѣ́ти же и҆́хъ пред̾игра́ютъ,

Восклицают под голос тимпана и цитры и веселятся при звуках свирели;

взе́мше ѱалти́рь и҆ гꙋ́сли, и҆ веселѧ́тсѧ гла́сомъ пѣ́сни.

проводят дни свои в счастьи и мгновенно нисходят в преисподнюю.

Сконча́ша во благи́хъ житїѐ своѐ, въ поко́и же а҆́довѣ ᲂу҆спо́ша.

А между тем они говорят Богу: отойди от нас, не хотим мы знать путей Твоих!

Глаго́лютъ же гдⷭ҇еви: ѿстꙋпѝ ѿ на́съ, пꙋті́й твои́хъ вѣ́дѣти не хо́щемъ:

Что Вседержитель, чтобы нам служить Ему? и что пользы прибегать к Нему?

что̀ досто́инъ {Є҆вр.: всемогꙋ́щїй.}, ꙗ҆́кѡ да порабо́таемъ є҆мꙋ̀; и҆ ка́ѧ по́льза, ꙗ҆́кѡ да взы́щемъ є҆го̀;

Видишь, счастье их не от их рук. - Совет нечестивых будь далек от меня!

Въ рꙋка́хъ бо и҆́хъ бѧ́хꙋ блага̑ѧ, дѣ́лъ же нечести́выхъ не надзира́етъ.

Часто ли угасает светильник у беззаконных, и находит на них беда, и Он дает им в удел страдания во гневе Своем?

Ѻ҆ба́че же и҆ нечести́выхъ свѣти́льникъ ᲂу҆га́снетъ, на́йдетъ же и҆̀мъ развраще́нїе, бѡлѣ́зни же и҆̀хъ ѡ҆б̾и́мꙋтъ ѿ гнѣ́ва:

Они должны быть, как соломинка пред ветром и как плева, уносимая вихрем.

бꙋ́дꙋтъ же а҆́ки плє́вы пред̾ вѣ́тромъ, и҆лѝ ꙗ҆́коже пра́хъ, є҆го́же взѧ̀ ви́хръ.

Скажешь: Бог бережет для детей его несчастье его. - Пусть воздаст Он ему самому, чтобы он это знал.

Да ѡ҆скꙋдѣ́ютъ сынѡ́мъ и҆мѣ̑нїѧ є҆гѡ̀: возда́стъ проти́вꙋ є҆мꙋ̀, и҆ ᲂу҆разꙋмѣ́етъ.

Пусть его глаза увидят несчастье его, и пусть он сам пьет от гнева Вседержителева.

Да ᲂу҆́зрѧтъ ѻ҆́чи є҆гѡ̀ своѐ ᲂу҆бїе́нїе, ѿ гдⷭ҇а же да не спасе́тсѧ.

Ибо какая ему забота до дома своего после него, когда число месяцев его кончится?

Ꙗ҆́кѡ во́лѧ є҆гѡ̀ съ ни́мъ въ домꙋ̀ є҆гѡ̀, и҆ чи́сла мцⷭ҇ей є҆гѡ̀ раздѣли́шасѧ.

Но Бога ли учить мудрости, когда Он судит и горних?

Не гдⷭ҇ь ли є҆́сть наꙋча́ѧй ра́зꙋмꙋ и҆ хи́трости; то́йже мꙋ́дрыхъ разсꙋжда́етъ.

Один умирает в самой полноте сил своих, совершенно спокойный и мирный;

То́й ᲂу҆́мретъ въ си́лѣ простоты̀ своеѧ̀, всецѣ́лъ же благодꙋ́шествꙋѧй и҆ благоꙋспѣва́ѧй,

внутренности его полны жира, и кости его напоены мозгом.

ᲂу҆тро́ба же є҆гѡ̀ и҆спо́лнена тꙋ́ка, мо́згъ же є҆гѡ̀ разлива́етсѧ.

А другой умирает с душею огорченною, не вкусив добра.

Ѻ҆́въ же ᲂу҆мира́етъ въ го́рести дꙋшѝ, не ꙗ҆ды́й ничто́же бла́га.

И они вместе будут лежать во прахе, и червь покроет их.

Вкꙋ́пѣ же на землѝ спѧ́тъ, гни́лость же и҆̀хъ покры̀.

Знаю я ваши мысли и ухищрения, какие вы против меня сплетаете.

Тѣ́мже вѣ́мъ ва́съ, ꙗ҆́кѡ де́рзостїю належите́ ми,

Вы скажете: где дом князя, и где шатер, в котором жили беззаконные?

ꙗ҆́кѡ рече́те: гдѣ́ є҆сть до́мъ кнѧ́жь; и҆ гдѣ́ є҆сть покро́въ селе́нїй нечести́выхъ;

Разве вы не спрашивали у путешественников и незнакомы с их наблюдениями,

Вопроси́те мимоходѧ́щихъ пꙋте́мъ, и҆ зна́мєнїѧ и҆́хъ не чꙋ̑жда сотвори́те.

что в день погибели пощажен бывает злодей, в день гнева отводится в сторону?

Ꙗ҆́кѡ на де́нь па́гꙋбы соблюда́етсѧ нечести́вый, и҆ въ де́нь гнѣ́ва є҆гѡ̀ ѿведе́нъ бꙋ́детъ.

Кто представит ему пред лице путь его, и кто воздаст ему за то, что он делал?

Кто̀ возвѣсти́тъ пред̾ лице́мъ є҆гѡ̀ пꙋ́ть є҆гѡ̀, и҆ є҆́же то́й сотворѝ, кто̀ возда́стъ є҆мꙋ̀;

Его провожают ко гробам и на его могиле ставят стражу.

И҆ то́й во гро́бъ ѿнесе́нъ бы́сть, и҆ на гроби́щихъ побдѣ̀.

Сладки для него глыбы долины, и за ним идет толпа людей, а идущим перед ним нет числа.

Оу҆слади́сѧ є҆мꙋ̀ дро́бное ка́менїе пото́ка, и҆ в̾слѣ́дъ є҆гѡ̀ всѧ́къ человѣ́къ ѿи́детъ, и҆ пред̾ ни́мъ безчи́сленнїи.

Как же вы хотите утешать меня пустым? В ваших ответах остается одна ложь.

Ка́кѡ же мѧ̀ ᲂу҆тѣша́ете сꙋ́етными; а҆ є҆́же бы мнѣ̀ почи́ти ѿ ва́съ, ничто́же.