Псалтирь

Молитва Моисея, человека Божия.

Мл҃тва мѡѷсе́а человѣ́ка бж҃їѧ,

Господи! Ты нам прибежище в род и род.

Гдⷭ҇и, прибѣ́жище бы́лъ є҆сѝ на́мъ въ ро́дъ и҆ ро́дъ.

Прежде нежели родились горы, и Ты образовал землю и вселенную, и от века и до века Ты - Бог.

Пре́жде да́же гора́мъ не бы́ти и҆ созда́тисѧ землѝ и҆ вселе́ннѣй, и҆ ѿ вѣ́ка и҆ до вѣ́ка ты̀ є҆сѝ.

Ты возвращаешь человека в тление и говоришь: "возвратитесь, сыны человеческие!"

Не ѿвратѝ человѣ́ка во смире́нїе, и҆ ре́клъ є҆сѝ: ѡ҆брати́тесѧ, сы́нове человѣ́честїи.

Ибо пред очами Твоими тысяча лет, как день вчерашний, когда он прошел, и как стража в ночи.

Ꙗ҆́кѡ ты́сѧща лѣ́тъ пред̾ ѻ҆чи́ма твои́ма, гдⷭ҇и, ꙗ҆́кѡ де́нь вчера́шнїй, и҆́же мимои́де, и҆ стра́жа нощна́ѧ.

Ты как наводнением уносишь их; они - как сон, как трава, которая утром вырастает, утром цветет и зеленеет, вечером подсекается и засыхает;

Оу҆ничижє́нїѧ и҆́хъ лѣ̑та бꙋ́дꙋтъ: ᲂу҆́трѡ ꙗ҆́кѡ трава̀ мимои́детъ, ᲂу҆́трѡ процвѣте́тъ и҆ пре́йдетъ: на ве́черъ ѿпаде́тъ, ѡ҆жестѣ́етъ и҆ и҆́зсхнетъ:

ибо мы исчезаем от гнева Твоего и от ярости Твоей мы в смятении.

ꙗ҆́кѡ и҆счезо́хомъ гнѣ́вомъ твои́мъ, и҆ ꙗ҆́ростїю твое́ю смꙋти́хомсѧ.

Ты положил беззакония наши пред Тобою и тайное наше пред светом лица Твоего.

Положи́лъ є҆сѝ беззакѡ́нїѧ на̑ша пред̾ тобо́ю, вѣ́къ на́шъ въ просвѣще́нїе лица̀ твоегѡ̀.

Все дни наши прошли во гневе Твоем; мы теряем лета наши, как звук.

Ꙗ҆́кѡ всѝ дні́е на́ши ѡ҆скꙋдѣ́ша, и҆ гнѣ́вомъ твои́мъ и҆счезо́хомъ:

Дней лет наших - семьдесят лет, а при большей крепости - восемьдесят лет; и самая лучшая пора их - труд и болезнь, ибо проходят быстро, и мы летим.

лѣ̑та на̑ша ꙗ҆́кѡ паꙋчи́на поꙋча́хꙋсѧ: дні́е лѣ́тъ на́шихъ въ ни́хже се́дмьдесѧтъ лѣ́тъ, а҆́ще же въ си́лахъ, ѻ҆́смьдесѧтъ лѣ́тъ, и҆ мно́жае и҆́хъ трꙋ́дъ и҆ болѣ́знь: ꙗ҆́кѡ прїи́де кро́тость на ны̀, и҆ нака́жемсѧ.

Кто знает силу гнева Твоего, и ярость Твою по мере страха Твоего?

Кто̀ вѣ́сть держа́вꙋ гнѣ́ва твоегѡ̀, и҆ ѿ стра́ха твоегѡ̀ ꙗ҆́рость твою̀ и҆счестѝ;

Научи нас так счислять дни наши, чтобы нам приобрести сердце мудрое.

Десни́цꙋ твою̀ та́кѡ скажи́ ми, и҆ ѡ҆кова̑нныѧ {и҆ нака̑занныѧ} се́рдцемъ въ мꙋ́дрости.

Обратись, Господи! Доколе? Умилосердись над рабами Твоими.

Ѡ҆брати́сѧ, гдⷭ҇и, доко́лѣ; и҆ ᲂу҆моле́нъ бꙋ́ди на рабы̑ твоѧ̑.

Рано насыти нас милостью Твоею, и мы будем радоваться и веселиться во все дни наши.

И҆спо́лнихомсѧ заꙋ́тра млⷭ҇ти твоеѧ̀, гдⷭ҇и, и҆ возра́довахомсѧ и҆ возвесели́хомсѧ:

Возвесели нас за дни, в которые Ты поражал нас, за лета, в которые мы видели бедствие.

во всѧ̑ дни̑ на́шѧ возвесели́хомсѧ, за дни̑, въ нѧ́же смири́лъ ны̀ є҆сѝ, лѣ̑та, въ нѧ́же ви́дѣхомъ ѕла̑ѧ.

Да явится на рабах Твоих дело Твое и на сынах их слава Твоя;

И҆ при́зри на рабы̑ твоѧ̑ и҆ на дѣла̀ твоѧ̑, и҆ наста́ви сы́ны и҆́хъ.

и да будет благоволение Господа Бога нашего на нас, и в деле рук наших споспешествуй нам, в деле рук наших споспешествуй.

И҆ бꙋ́ди свѣ́тлость гдⷭ҇а бг҃а на́шегѡ на на́съ, и҆ дѣла̀ рꙋ́къ на́шихъ и҆спра́ви на на́съ, и҆ дѣ́ло рꙋ́къ на́шихъ и҆спра́ви.